Более двух веков Русская Православная Церковь не имела главы — патриарха. После кончины патриарха Адриана в 1700 г. Пётр I в течение 20 лет препятствовал выборам его преемника, а в 1721 г. создал Святейший синод— коллегиальный орган управления Церковью, заменивший патриарха. Власти стали рассматривать Церковь как одно из государственных учреждений. Призванная быть совестью православного государства, она превратилась в деталь управленческого механизма, что противоречило правилам Церкви и ослабляло её духовный авторитет. Изменить это положение мог только Поместный собор Русской Православной Церкви — собрание священнослужителей и мирян, представителей всех епархий. Такой собор удалось созвать лишь в августе 1917 г. Он постановил возродить в Русской Церкви патриаршество и избрать патриарха. Больше всего голосов набрали три епископа. Выбор главы Церкви из их числа оставили на волю Божию. 5 ноября 1917 г. огромный храм Христа Спасителя был переполнен. Из Успенского собора Московского Кремля принесли величайшую святыню Руси — чудотворную икону Владимирской Божией Матери. Перед ней стоял ларей, в котором было три записки с именами епископов. После богослужения древний слепой инок Алексий (известный своим подвижничеством и затворничеством в Зосимовой Пустыни близ Троице-Сергиевой лавры) вынул из ларца листок с именем одного из самых любимых церковным народом архиереев — Тихона, митрополита Московского. Собравшиеся в храме, согласно древнему канону, возгласили по-гречески: «Аксиос!» («Достоин!»). Святитель Тихон возглавил Русскую Церковь накануне тяжелейших в её истории испытаний, когда церковное служение стало означать неизбежные гонения и мученичество. Будущий патриарх, в миру Василий Иванович Белавин (1865—1925), родился в городе Торопце Псковской губернии. Ещё в семинарии и духовной академии товарищи дали ему прозвище Архиерей за особую ласковую серьёзность, доброжелательность, спокойное достоинство и самообладание. Уже в 32 года он был рукоположен в епископы, а в 1898 г. назначен епископом Алеутских островов и Аляски (так называлась тогда Североамериканская епархия Русской Православной Церкви с центром в Сан-Франциско). К тому времени епархия давно стала многонациональной (помимо православных алеутов и индейцев Аляски она объединяла эмигрантов: греков, сербов, русских, сирийцев, румын, карпатороссов и др.) Святителю Тихону, когда он объезжал свою епархию, приходилось служить не только на церковно-славянском языке, но и на греческом, и на английском. При нём значительно увеличилось число храмов и прихожан, были открыты православные учебные заведения. Особое внимание святитель уделял переводу богослужебных текстов на английский язык: он считал, что английскому предстоит стать основным богослужебным языком Православной Церкви в Америке. Возвратившись в 1907 г. в Россию, Тихон был назначен епископом в Ярославль, потом в Вильно. В 1917 г. впервые в Русской Церкви несколько епархий провели выборы епископов. Многие иерархи и миряне сомневались, что народ в России, охваченной революционным безумием, способен принять верное решение. Однако все епископы, избранные таким образом, оказались высокодостойными священнослужителями. Одним из них был святитель Тихон, ставший митрополитом Московским. В январе 1918 г. патриарх Тихон и Поместный собор обрати¬лись к народу с посланием. В нём выражался протест против разгула насилия: «Ежедневно доходят до нас известия об ужасных и зверских избиениях ни в чём не повинных... людей. Опомнитесь, безумцы, прекратите ваши кровавые расправы...». В ком патриарх видел главных виновников насилия, говорит его послание Совету народных комиссаров от 13 октября 1918 г.: «Нынеже к вам, употребляющим власть на преследование ближних, истребление невинных, простираем мы наше слово увещания: отпразднуйте годовщину своего пребывания у власти освобождением заключённых, прекращением кровопролития, насилия, разорения, стеснения веры; обратитесь не к разрушению, а к устроению порядка и законности, дайте народу желанный и заслуженный им отдых от междуусобной брани. А иначе взыщется от вас всякая кровь праведная, вами проливаемая, и от меча погибнете сами вы, взявшие меч». Декрет советского правительства «Об отделении Церкви от государства и школы от церкви» (от 20 января 1918 г.) лишил Церковь всего имущества и права владеть им. Здания и предметы для совершения богослужений лишь «передавались в бесплатное пользование» религиозным организациям с разрешения местных властей и при этом облагались налогом, предусмотренным для частного предпринимательства. Запрещалось преподавать религиозные дисциплины во всех учебных заведениях. Со временем ограничений становилось всё больше. Помимо организованного преследования служители Церкви подвергались «стихийному» насилию при попустительстве или подстрекательстве новых властей: всякого рода «уполномоченные» с комиссарскими мандатами и без них пытали священнослужителей, требуя «отдать народу» имущество Церкви, мучили до смерти, расстреливали без суда, поголовно уничтожали целые монастыри. Несмотря на это, патриарх Тихон принял решение: духовенство не должно ни в какой форме прини¬мать участия в политической борьбе, превратившейся в братоубийство. Поэтому он отказался дать своё благословение не только белому движению в целом, но даже отдельным его представителям, которых лично знал как людей достойных. В 1921 г. Центральную Россию, особенно Поволжье, охватил страшный голод. В 1922 г. люди умирали сотнями тысяч. Церковь сразу же начала собирать средства для голодающих. Патриарх разослал по приходам письма, благословляя передачу в фонд помоши церковных средств и драгоценностей, исключая утварь, необходимую для совершения таинств. Но власти решили использовать всенародное бедствие для расправы с Церковью. Её обвинили в том, что она скрывает ценности и отказывается помогать голодающим. Начался подлинный грабёж храмов: отбирали всё, что представляло хоть какую-то ценность, в том числе и священные сосуды. Тех, кто пытался выступить против произвола, арестовывали, многих расстреляли. В числе казнённых оказался один из высших иерархов Русской Церкви — любимый верующими митрополит Петербургский Вениамин. В мае 1922 г. под домашний арест был заключён и патриарх Тихон. Через несколько дней его посетили три священника. Под тем предлогом, что арест патриарха может продлиться долго и неизвестно, чем он закончится, они добились от него разрешения временно управлять патриаршей канцелярией и объявили себя Высшим церковным управлением. Начался так называемый обновленческий раскол, так как его инициаторы заявляли о намерении «обновить» жизнь Церкви, освободить её от последствий связи с «реакционным режимом». Обновленцы объявили, что хотят продолжить дело Собора 1917— 1918 гг. В апреле — мае 1923 г. они созвали свой «собор», на котором приняли резолюции в поддержку советского социалистического строя, в осуждение «контрреволюционеров» из числа духовенства и заявили о лишении патриарха Тихона священнического сана. «Собор» утвердил также ряд нововведений в уставы Церкви, которые вызвали взрыв возмущения среди верующих; многие из этих новшеств вскоре вынуждены были отменить сами об¬новленцы. Патриарх Тихон категорически отказался признать решения обновленческого «собора». Примечательно, что тех священнослужителей и мирян, которые остались верными Церкви, называли тихоновиами. Но чтобы выйти из заключения и восстановить каноническое управление Церковью, святитель Тихон решил пожертвовать своей славой мучени¬ка: «Пусть погибнет моё имя в истории, только бы Церкви была польза». И патриарх подписал «покаянное письмо», в котором объявлял, что он не враг советской власти. После освобождения Тихон подтвердил незаконность притязаний обновленцев. И вчерашние отступники — епископы и священники — потянулись в патриаршую Церковь. В разных храмах Москвы, где служил святитель, они выступали с покаянным словом перед церковным народом. Ежедневно патриарх принимал десятки людей со всех концов России, а на его службы стекалось столько верующих, что храмы не вмешали всех. Напряжённая работа, постоян¬ные происки врагов Церкви (было даже совершено покушение на патриарха, и был убит его келейник, послушник Яков Полозов) подорвали здоровье святителя. В январе 1925 г. патриарх Тихон тяжело заболел. К весне он, казалось, пошёл на поправку, уже выезжал в церкви служить. Но 25 марта, в праздник Благовещения, находясь в больнице, патриарх почувствовал себя хуже. Без четверти двенадцать, узнав, который час, он вздохнул: «Скоро наступит ночь, тёмная и длинная». Дважды перекрестившись, святитель поднял руку для третьего крестного знамения... и его земной путь завершился. Подозревали, что он был отравлен. Для Русской Православной Церкви настала действительно тёмная и длинная ночь. Память святителя Тихона Цер¬ковь празднует 25 марта (7 апреля), в день его кончины. Патриарх Тихон причислен к лику святых в 1989 г.