Иконопись

«Святая святых» храма — икона (от греч. — «изображение», «об¬раз»). Без неё Церковь и православие немыслимы. В V—VII вв. икона была общим достоянием неразделённой Церкви. Но на Западе и на Востоке проповедь Евангелия проходила в различных условиях и церковное искусство развивалось разными путями. В Западной Европе ему в большей степени был свойствен реализм. Это отчётливо прослеживается в скульптурных изображениях Христа, Богородицы и святых. Стремление сделать Благую весть более понятной человеку постепенно превратило икону в картину с религиозным сюжетом. Византийская Церковь еще в VII в. запретила ваяние круглой скульптуры, так как она слишком близка к естеству. Считалось, что духовность выражается прежде всего ликом, а не телом. На Востоке иконопись развивалась совершенно иначе: от видимого, телесного — к умозрительному, от изображения — к символу и знаку. Со временем икона стала подобием знакового текста, который служил не для возбуждения воображения, а для внутреннего созерцания. Икона представляла собой как бы окно в невидимый мир. На Руси иконопись считалась важным делом. Летописи наряду с событиями государственного значения отмечали не только строительство новых храмов, но и создание, перенесение и даже «поновление» икон. Каждая крестьянская семья, даже самая бедная, имела образок (маленькую иконку) в красном углу, а в зажиточных домах иконам отводились целые комнаты, называемые моленными или крестовыми. Иконы часто помещали над крыльцом дома, на воротах монастырей, на специальных стол¬бах у перекрёстков дорог и даже вдоль трактов. Русская икона была связана как с духовной жизнью всей страны, так и с жизнью каждого человека. Зарождение русской иконописи связано с именем Алимпия (точнее, Алипия) Печерского (умер в 1114 г.), инока Киево-Печерского монастыря. Сведений о других русских иконописцах XI—XII вв. не сохранилось. Считалось, что рукой мастера управляет Божественная воля. На иконах ни¬когда не ставились подписи авторов. Важно не имя мастера, а само изображение. С давних пор соблюдался неписаный закон — к иконописи допускались только чистые и светлые в помыслах люди. Позднее собор (1551 г.) постановил, что писец должен быть человеком) ной, чистой жизни, а его ремеслом служение Богу и Церкви. Иконотворчество помогало со хранить в чистоте церковные предании поэтому занятие иконописью {рассматривалось как подвиг, требующий от мастеров соответствующей жизни. Работа, над иконой начиналась с усердие молитвы не только мастера, по и монастыря, в стенах которого он труди! В древнерусской иконографи самыми распространёнными образа» являлись лики Иисуса Христа, подобные запёчатлённому на первой икон облику Спасителя. Они называли Спасом Нерукотворным. Иконы Спаса Нерукотворного обычно правильной квадратной фон мы, фоном для изображения слуя платок, точнее, плат (убрус). Лик Христа писали крупным с прядями волос, расходящимися 1 во и влево. Взор Спасителя прямо на стоящего перед иконой. 1 Иконы Спаса Нерукотворного помещались в храмах, на главных гори ских воротах. Спаса изображали на русских боевых знамёнах. Существовало негласное правило: для начинаю» го иконописца первой работой ян лось написание Спаса Нерукотворного. В средневековом искусстве европейских стран был очень шиц ко распространён образ Богородицы. В Западной Европе он вылился в культ Мадонны, на Руси Богородица почиталась как покровительница защитница родной земли. Русская Православная Церковь чтит сотни различных икон с ликом Богородицы Летописи донесли до наших дней замечательную историю, связанную с главной святыней храма Св. Софии в Новгороде — иконой Богоматери Знамение. Один из наиболее любима народе образов — Богоматерь с младенцем, или Гликофилуса (греч. «сладколобзающая»). Этот образ часто наывают также Елеуса («умиление»). Икона представляет Богоматерь в состоянии постижения того, что Её Сын примет смерть на кресте в качестве высшего выражения любви к людям. К этому типу относятся широко почитаемые в России иконы: Владимирская, Казанская, Донская (предположительно именно икона Богоматери была с князем Дмитрием Донским, одержавшим победу на Куликовом поле). Многие из этих икон — чудотворные; сами их названия говорят о тех местах России, где они прославились чудесами и где особенно ярко исходили их благодать и сила. Так, Казанская икона Божией Матери была найдена в Казани в 1579 г. после того, как девятилетняя девочка услышала во сне неземной голос- «В подземелье сгоревшего дома скрыта икона. Ищите». По преданию, эта икона помогла К М. Минину и Д. М. Пожарскому освободить Москву от поляков в 1612 г. На протяжении многих веков иконы на Руси были окружены ореолом огромного нравственного авторитета. Считалось большим грехом бросать икону в огонь. Существовал обычай вышедшую из употребления по каким-либо причинам икону пускать по воде ликом вверх. Независимо от Византии на Руси возникли культы местных святых; им посвящались многие иконы. Одними из первых стали изображать Бориса и Глеба — невинно убиенных сыновей великого князя Владимира. Память об этих святых осталась священной для Руси. Многие храмы и часовни называли их именами. Историю гибели Бориса и Глеба древние летописцы часто избирали темой нравственных назиданий. Если на протяжении XI — начала XII в. иконографические образы раскрывались через однофигурное изображение, где главным было лицо, а не силуэт, то в XIV столетии предпочтение отдавалось уже иконам, содержащим обстоятельный рассказ о том, как тот или иной святой достиг духовного совершенства. В центре иконы помещалась фигура святого, окружённая рамкой из клейм, показывающих наиболее значительные со¬бытия из его жизни. Такие иконы назывались житийными. В XV столетии преподобный Андрей Рублёв (около 1360-1370-1 около 1430) создал одно из лучших] творений мировой живописи XV в. - икону Святой Троицы. С этого времени на Руси начинается и строителю-) во храмов, посвященных великой; идее таинства любви в Святой Трои-1 це. Икона Рублёва была высоко оценена современниками. Она дала начало изводу (одной из разновидностей установленного канона) изображения Троицы, ставшему основным в русском церковном искусстве. В XVI столетии в России наступили тяжёлые времена для иконописи В 1822 г. Святейший синод постановил заменять древние иконы академической живописью, поскольку картины якобы более понятны простом народу. На православную икон; поставлено клеймо старого( и «варварской» живописи (как: Н. М. Карамзин роспись в храня Св. Софии в Новгороде). Между иконой и религиозной живописью есть большая разница. Картину пишет художник, который твоя чески перерабатывает образ, добавля¬ет что-то своё. Часто при написан картины на религиозный сюжет он Л пользует модель — живого человека натурщика. При таком подходе картина утрачивает культовое значение превращается в произведение изобразительного искусства. Благодатная сила русской иконы заключается в том, что она подходит к идеалу ближе, чем образ на релинозной картине. Её духовность определяется тем, насколько она близки Первообразу, насколько она соотЯ ствует духовной высоте, о которой должна свидетельствовать. Если си ский художник прежде всего — автор, то монах-иконописец — посредник смиренный проводник воли Божий «уста откровения», как тонко поди тил современный иконописец, Я стоятель Мирожского монастыря архимандрит Зенон. Создатель икош не думает об эстетике — он пишем рой; и хотя во нее времена он Я вносил в своё творчество личныйн ховный опыт, существуют церковные иконографические каноны, прев пать которые иконописец не имя ни права, ни потребности. Он не до¬пускает своеволия, потому что в области веры есть истины, не меняющиеся со временем. Горькие слова сказаны протопопом Аввакумом в связи с изображением Спасителя Эммануила (образ юного Иисуса Христа) по западному образцу во время раскола в Русской Православной Церкви XVII в.: «Пишут Спасов образ Эммануила — лицо одутловато, ус чсрвонны, волосы кудрявые, руки и мышцы толстые; так же и у ног бёдра толстые, и весь как немчин учинён, лишь сабли при бедре не написано>>. То же отмечает русский философ и священник Сергий Булгаков, который в автобиографических заметках пишет о «Сикстинской Мадонне» Рафаэля. Картина произвела на него в первый раз сильное впечатление, но потом, когда он приобщился к церковному православному искусству и понял значение канона в иконописи, вдруг увидел главное, чего недостаёт «Сикстинской Мадонне»: хотя она и изображает Богоматерь, молиться перед ней нельзя. Церковное искусство можно рассматривать только сквозь призму церковного вероучения и жизни. Его нельзя воспринимать лишь с эстетической точки зрения. В этой связи становится понятным, почему Русская Православная Церковь настаивала на возвращении чудотворных икон, хранящихся в музеях. Там икона перестаёт быть иконой. Ей необходим весь строй церковной жизни: храм, литургия, место в ряду других икон, а главное — глаза верующих, для которых она — окно в другую реальность, реальность Божественного мира.
моддинг сайт www.casemods.ru