Исихазм
По выражению одного современного православного богослова, если монашество — средоточие православной духовности, то исихазм — самое ядро этого средоточия. Слово «исихазм» (от грен. — «покой», «безмолвие») имеет много значений. В широком смысле оно подразумевает особые стороны православного мировоззрения и вероучения — те, которые связаны с представлением об «обожении» подвижника-христианина уже в земной жизни, с идеей видения Божественного (Фаворского) Света в глубине собственного сердца. «Обожение» достигается не просто личными усилиями человека или Божественным даром, но согласным движением человеческой воли и воли Бога.
Исихастами обычно называют монахов-подвижников, применяющих особые приёмы «умного делания» — молитвы как внутренней духовной работы. Она совершается безмолвно и бессловесно, сначала умом, потом сердцем, в глубинах человеческой души. При этом монахи-исихасты используют специальные техники дыхания и позы, способствующие молитвенному сосредоточению.
Такая молитвенная практика очень древняя. Уже среди ранних христиан появлялись отшельники — исихасты, которые непрестанной молитвой в сердце достигали глубочайшего мистического созерцания и погружения в безмолвие. «О молчание, о одиночество! Ты просвещаешь дух», — говорил великий христианский философ конца II—начала III в. Климент Александрийский. Известность эта молитвенная практика получила в XIII—XIV вв. благодаря инокам Святой Горы Афон. Наиболее полное богословское обоснование исихазму дал святитель Григорий Палама (1296—1359), митрополит Фессалоникийский Он учил, что, хотя сущность Бога непознаваема, Его можно непосредственно созерцать и познавать благодаря присутствию в мире нетварных (несотворённых, существующих вечно) Божественных энергий.
Существует множество видов этих энергий, но в любой из них таинственным образом присутствует Бог Живой: человеческие понятия «целое» и «часть» к Нему неприменимы. В церковных таинствах христианин в той или иной мере усваивает эти энергии. Их и видит «внутренними очами» подвижник как Фаворский Свет — тот самый, который наблюдали ученики Иисуса Христа во время Его преображения на горе Фавор.
Великие молитвенники-исихасты неоднократно предупреждали: гордыня и самомнение, небрежение наставлениями Церкви неизбежно приводят к тому, что силы зла обманывают подвизающегося в «умном делании» ложным светом, который он принимает за Божественный. В лучшем случае человек видит тот тварный свет, который изначально присутствовал и присутствует в Божием творении, но отнюдь не сами Божественные энергии.
Исихазм пронизывает всю историю православия. Присущие ему идеи и устремления встречаются уже в творениях отцов Церкви первого тысячелетия. Они оказали огромное влияние и на духовную жизнь Русской Православной Церкви: видением Фаворского Света, верой в реальность богообщения и «обожения» человека проникнуты иконопись преподобного Андрея Рублёва, деяния преподобного Сергия Радонежского, а также поучения преподобных Нила Сорского, Паисия Величковского, Серафима Саровского, старцев Оптиной Пустыни.
О Божественном свете
Смотря пристально на чистое голубое небо, я иногда ограничивал мой взгляд в избранном мною направлении, а иногда пробегал его от края до края. Достигнув горизонта, я мысленно шёл всё дальше и уже умом видел Его, объемлющим нашу планету. Я всматривался в глубину его; стремился проникнуть до его пределов; но чем более я удерживал моё внимание на этом чудном явлении, чем усерднее смотрелся в небесную сферу, исполненную света, тем более увлекала она меня своей тайной. Когда же по дару Свыше я удостоился узреть Несозданный Свет Божества, тогда с радостью узнал я в голубом небе нашей «голубой» планеты символ сияния надмирной славы. Оно, сияние это, повсюду; оно наполняет все бездны мироздания, пребывая неизменно неосязаемым... Многим на земле было дано блаженство увидеть сей дивный Свет...
Душа не без страха решается говорить о том Свете, который посещает человека... Таинственна его природа... Неизъяснимый, невидимый — он иногда бывает видим вот этими телесными оча¬ми. Тихий и нежный — он влечёт к себе и сердце, и ум так, что за¬бываешь о земле, будучи восхищён в иной мир. Это бывает и среди белого дня, и во тьме ночной...
Архимандрит Софроний Сахаров